Domine

Это продолжение. Начало тут
angel

Кап.

Я сижу на грязном бетонном полу.

Кап-кап.

Слева в потолок уходят ржавые трубы. По ним стекает конденсат. Он скапливается на изгибах и сварных швах, а потом гулко капает в маленькие лужицы внизу.

Кап-кап.

Я считаю секунды каплями. Человеческое тело не очень хорошо чувствует время, особенно в полумраке бетонной коробки.
Здесь не место для таких, как я. Это дом для крыс и насекомых, для человеческих отбросов и отбросов человека. Правда, с годами разница между последними почти исчезает. С накоплением запаха и с угасанием искры, данной Им для иного. Хотя порой мне кажется, что в основном из-за запаха.

Кап-кап.

Domine…нет, не сейчас. Я сижу уже десять минут в этом склепе - канализационном узле, на обратной стороне вашего домашнего комфорта. Как смешно, у всего есть обратная сторона. Когда ты делаешь лучше одно, другое становится хуже. Сейчас мне кажется, что, создавая такой баланс, Он неудачно пошутил. Когда я вернусь, мне будет стыдно за эту мысль, но глупая мелочная философия - это всё, на что способен человеческий разум. Нет, не только на это, еще он может знать задачу и момент для действия. Скоро.

Кап-кап.

Уже десять минут меня сжимают оковы – человеческое тело. Вы приходите в этот мир несознательно. Боль рождения забывается. Я же появляюсь только для работы и помню каждую секунду превращения. Моё тело из чистого невесомого света сжимается в смесь почти неподвижных тканей. Не кричать при воплощении я научился совсем недавно. А вот удерживать при этом все жидкости внутри удается ещё не всегда. Тёплая лужа под ногами и острый запах кислот, да, мне тоже нравится Чиж .

Кап.

Мне не дано внести нужную мысль в ваши головы напрямую, разрешено лишь дать выбор. Я не могу по своей воле явить чудеса, для этого даётся время и место, определенное Им. На самом деле я совсем ничего не могу в своем истинном облике, потому, что не Он правит этим миром, и я, продолжение Его, ограничен этим.  Я ничего не могу, но знаю, что нужно сделать и как. И, спускаясь на землю, становясь одним из вас, я способен на многое. Почти на всё. Главное - правильно рассчитать. Не «Domine…», а домино, вот какое слово сейчас уместно. Это моя игра, ряд костяшек построен. Пора! И я толкаю крайнюю.

Я встал и начал откручивать разводным ключом вентиль на трубе. Через минуту судорожных усилий вентиль поддался и с противным скрипом начал проворачиваться. Еще минута, и на пол хлынула вода. Я выпустил ключ из руки и начал подниматься по ступеням к люку. Снаружи лето опустилось на меня плотной жарой, особенно контрастной после влажного холода внизу.

Свой образ я проработал в деталях. Старый порванный армейский бушлат, черная бесформенная шапка, джинсы, грязные до такой степени, что не ясен первоначальный цвет. Собственно, грязное всё, плюс запах. Этот камуфляж делает невидимкой. Сдвигающийся люк канализации заметили многие, но после моего появления интерес пропал моментально. Люди старательно отвернулись и занялись своими делами. Никаких чудес, просто несколько грязных вонючих тряпок.

Я прошел по двору незамеченным. Даже когда я наклонился, поднимая расплющенную чьими-то колесами жестяную банку, попутно переворачивая большой камень, никто не обратил внимания. Я пересёк тротуар и забрался в кусты.

В этот же момент из глубины листвы хриплый голос поприветствовал меня:
– Вершитель.
Я невольно оглянулся.
– Заткнись, балбес.
– Я проверил, к этим кустам никто на пушечный выстрел еще полчаса не подойдет.
Я наконец разглядел коллегу, пробрался сквозь слой веток и сел на землю рядом с ним.
– Привет, Хранитель!

За кустами разливалась вода, хлещущая из люка. Она закрывала уже половину двора. Мы немного посидели молча.
– Водку будешь пить?
– Не терплю алкоголя, мало тебе радостей воплощения?
– Надо придерживаться образа, - усмехнулся Хранитель и сделал глоток из маленькой бутылки.
Впрочем, он тут же выплюнул все, что попало в рот, и отбросил емкость. Мы еще немного подождали. Вода разливалась. У края лужи и в окнах соседнего дома появились зеваки, со вкусом обсуждающие неожиданное наводнение.

– Ты уверен, что это лучший вариант, Вершитель?
– Да.
– Тогда пора.

Хранитель схватил меня за грудки, нанес несколько очень ощутимых ударов по лицу. Ровно настолько, чтобы носом пошла кровь. Потом рванул бушлат и выкинул меня из кустов с хриплым воплем:
– Ах ты ж сука! Сам всю водку выжрал, а мне?
Он выбежал на дорогу за мной.
– А мне?!

Я схватил его под колени и уронил на себя. Мы сцепились, перегородив остаток проезжей части двора, остальное уже покрыло водой. Сзади на машине подъезжала сегодняшняя мишень. Мужчина средних лет за рулём. Он остановился и посмотрел на нашу театральную (но от того не менее болезненную) драку, поморщился и попытался объехать, почти полностью заехав в лужу. Тут его ждала яма от перевернутого камня, а сам камень расклинил дно и кузов машины, исключая возможность выбраться. Сквозь закрытое окно автомобиля не было слышно ни слова, но весь перечень эмоций отразился у мишени на лице. Машина сделала несколько рывков вперёд и назад, потом заглохла.

Я усмехнулся и, прижавшись к уху коллеги, прошептал: «Готово, закругляемся», вырвался из его объятий и вломился обратно в кусты. Со стороны смотрелось, словно я убегал от своего противника. Он вскочил и с неразборчивым хрипом прыгнул за мной. Я остановился, а Хранитель нагнал меня. Мы посмотрели друг на друга, а за нами в доме раздался взрыв. Из разбитых окон посыпались стёкла, в округе заорали автомобильные сигнализации.
– Спасибо, Хранитель.
– Рад был помочь.
– Можно, я сделаю твою работу?
Хранитель немного помолчал и ответил:
– Да.

Первая слеза пробороздила пыльную и грязную щеку моего человеческого лица. Вторая не успела, мы уже истаяли в этом мире.
Моя мишень – человек огромного таланта, правда, он не догадывается об этом. Его картинки на полях рабочего ежедневника могли бы воодушевить десятки людей. Если он возьмётся за полноценные картины, то сотни и тысячи задумаются о смысле жизни, а, значит, сделают шажок в нужном Ему направлении. Мишень - слишком безликое слово, я, пожалуй, буду называть тебя Художник. Если все оставить так, как есть, ты, Художник, никогда не будешь рисовать для людей. Тебя задавит домашняя рутина и большая зарплата. Это нужно исправить.

Твоя жена, Художник, поставила разогревать ужин на газовую плиту. Когда вода полилась из колодца, она открыла окно, чтобы посмотреть, что происходит. Из окна кухни не было видно всей картины потопа, и она перешла в комнату, где тоже открыла окно. Сквозняком огонь плиты задуло, этим же сквозняком захлопнуло окно кухни. Газ накопился и взорвался. А ты спешил к ней с работы и приехал к развязке, но не успел войти в дом до взрыва, пытаясь вытащить застрявшую машину.

Ты, Художник, никогда больше не женишься. Бросишь прибыльную работу, променяв ее на тихую сторожку в соседнем ЖЭКе. Начнешь рисовать все свободное время, которого теперь будет в избытке. Снова и снова будешь изображать свою погибшую супругу и выкладывать картины в сеть. Теперь их увидят уже не сотни и тысячи, а миллионы людей. Я всё правильно рассчитал, это лучший вариант.

Как же вы прокляли себя, люди. Чтобы силы вашей души превратились в порыв, который выйдет наружу, вам необходимо страдание. Я принес тебе его, Художник, теперь ты подтолкнешь людей на пути к Нему, сам спускаясь во мрак безысходности.

Я вошел в пламя взрыва. Среди него сияла освобожденная душа женщины. Она уже была с нами, она уже поняла, что произошло и почему, и в глазах плескался страх. Но последние человеческие чувства и желания растворялись. Я взял ее за руку, и, прикрыв крылом, повел к свету.


promo al_kap september 22, 2015 13:15 89
Buy for 20 tokens
В заросшем парке Стоит старинный дом: Забиты окна, И мрак царит извечно в нём. © Король и Шут Маруся Маруся суетилась на кухне, когда из комнаты послышались звучные хлопки (видимо, ладонью пониже спины). Она потерпела минутку, а потом бросила недомытую кастрюлю и побежала спасать…
Прошу прощения, что влезаю. Я тоже на одном дыхании прочитала весь рассказ. И искренне удивилась, увидев Ваш ответ про "полотно". "Многобукаф" - это не Ваш случай :) Пожалуйста, пишите и публикуйте здесь еще!
Интересная идея. Я не совсем согласна, что "Чтобы силы вашей души превратились в порыв, который выйдет наружу, вам необходимо страдание.", это несколько шире страданий. Скорее, необходимы сильные чувства. Чувства могут быть как с отрицательным знаком, так и с положительным.
Страдание -это действительно сильные чувства. Но бывает и острое счастье, без страданья. Любовь , в конце концов.Не проверенная временем,когда пламя спокойно и уверенно горит, а как вспышка, с которой всё начинается. Моё лучшее произведение написано именно в такой момент. Я дам ссылку, чтоб Вы имели представление, как можно писать, находясь во во влюблённом состоянии.)) Произведение за раз не прочитать, но со стилем письма вполне можно ознакомиться.: http://www.proza.ru/2008/12/16/556
А сейчас у меня жизнь спокойная, ни минуса, ни плюса, "пламя горит" спокойно и уверенно, поэтому меня только на ЖЖ и хватает.)) Рассказы и стихи вообще не пишутся.