Проклятое место

91302761_43667Благояр свалил под окоренный ствол последний сноп можжевельника, поплевал на ладони и вытер их о подкладку. Руки саднило от царапин, оставленных колючими кустами. Он приставил высокую лесенку к домовине и взобрался наверх . Никто не пошел с ним провожать старую Ведану. И это после того, как много она для деревни сделала.

«Ну, то для деревни, а вот для меня…» - Благояр помотал головой в досаде. Его самого, говорят, при родах мертвым посчитали. Из бани в кадушке вынесли, да сразу хотели прощаться. А Ведана мимо шла, скривилась, плюнула,  прошептала что-то вроде: «Кулёмы-повитухи, Мораньино племя», а потом взяла на руки да шлепнула от души пониже спины. После того, люди говорят, орал он два дня и две ночи, и посейчас жив-здоровёхонек. След от шлепка того, правда, до сего дня остался. Родимое пятно по форме ладони, мужикам в бане неизбывное веселье.


Как жила, так и померла старая Ведана очень странно. Зазвала Благояра вечером в гости, напоила ягодным отваром. Потом отлила в туесок какого-то варева из котла и наказала матери дать от кашля застарелого. Вздохнула тяжко, а потом добавила: «И не говори, на этот раз, что Ведана дала, а то опять за порог выльет. А с тобой прощаюсь. Последний раз в глаза мне смотришь. Об одном прошу, я о тебе позаботилась и ты уж обо мне не забудь, по – людски проводи.» А наутро ее нашли бездыханной у порога своего дома на окраине.

Двери домовины пока были открыты настежь. Через низкую притолоку были видны Веданины  ноги, обутые в стоптанные чуни. Седые волосы разметались по дощатому полу, косы он расплел, как положено. Все пришлось приготовить самому. Даже волхвы не пришли, окуривать домовину не согласились, потому как раздор у них с Веданой был давнишний. Лет десять назад по небу огонь пролетел, а потом грохнуло так, что с крыши земля посыпалась у многих. Зарево неделю на востоке светилось, как от пожара, но дыма видно не было. Охотники, что не побоялись в ту сторону сходить, рассказывали, что бурелому навалило в три человеческих роста. Зверья настреляли зато, после грохота оно все шалое бегало, людей и не замечало вовсе. Послед волхвы в деревню пришли, жертву сказали принести, чтобы богов старых успокоить, которые громом за грехи наши грозились. А она их метлой прогнала за околицу, приговаривая: «Тупоголовые седые пни, проклятье от каменюки с неба отличить не могут».

Благояр долго калил на костре камни и бросал их в бадью, прогревая. Потом взвалил на спину и, покряхтывая, поднял наверх. Покосился на старуху, навзничь лежащую на полу, и унес бадью в угол. «Омыть надо, еды оставить, чтобы в пути на тот свет не голодно было, питья, чтоб не грустить по дороге ей, да окурить можжевеловым дымом, чтоб обратно дороги не помнила», - думал Благояр. Осталось собраться с духом и сделать что положено. Время прошло за полудень, а до заката положено закончить. Вздохнул он еще раз и начал развешивать священные травы по углам домовины, двигаясь противусолонь и приговаривая прощальную.

Не успел он и двух пучков повесить, как начало быстро темнеть. Повесил еще один, громыхнуло, а затем ветер дунул так резко, что добротно сработанную домовину качнуло на трех стволах-основаниях. Повесил третий, старая Ведана шевельнулась на полу. «Да нет,- подумал Благояр, - приблазнилось, просто от ветра её качнуло вместе со срубом». Но уже и без всякого ветра рука её заметно дрогнула. Благояр просипел: «Чур меня, чур», бросил оставшуюся траву на пол и опрометью кинулся на выход. С размаху захлопнул дверь, кубарем скатился с лесенки, неведомо как не убившись, пинком отбросил её и побежал. Долго потом переживал, все собирался, да так и не вернулся довершить обряд. Дома он рассказал все как было, но ему не очень поверили, а потому и не осудили строго. А той же зимой хлебнул Благояр кваса с ледника, такого холодного, что дыхание перехватило. Вздохнул он, да так выдохнуть и не смог. Говорили потом, что ведьма старая долги забрала. Так ли было или не так, про то никто не знает. Но полянку с домовиной обходили седьмой дорогой, так, на всякий случай.

Иван сидел, скрючившись, на поваленном сосновом стволе и дулся. В первый раз взял с собой жену в турпоход, и надо же было такому оказаться, что кроме нее в группе больше молодых девушек и не было. В итоге получилось, что не отдых, а сплошной скрип зубами. То друзья – приятели веточку отогнут, чтобы ей по лицу не хлестнуло. То руку подадут, чтобы на камень удобнее влезть. И вечерами у костра все песни пелись как будто с посвящением. Вот и сейчас… Ваня плюнул, раскурил с расстройства уже третью сигарету и обернулся в сторону костра. Сзади звенел гитарой Пётр Дмитрич, статный и отлично, для своих сорока лет, выглядящий руководитель группы. Лукаво на Аннушку поглядывает, сыч старый и выводит: «Милая-а-а моя-а-а-а, солнышко лесно-о-о-е». А у той прямо глаза горят. «Да ну их нахрен»,- психанул Ваня. Бросил на землю окурок (правда, тут же растер уголек, втолкованные навыки работали сами собой), и подошел к костру.

- А, давайте сегодня коптильню устроим? Уха уже опротивела, а коптильню я у кого-то видел.
-А на чем коптить? Ольховник километров за 10 остался.
-Погоди, да я можжевеловые кусты тут за горкой видел.
-Нам в деревне советовали туда не соваться, место, говорят, проклятое.
-Ну, ты бабкам старым верь еще.
Иван поднял топор.
-  Ну, что, схожу тогда, нарублю веток, рыба будет обалденная. Анечка, ты идёшь?
Та потянулась как кошка,
- Нет, я что-то промерзла, у костра останусь. Иди один, ты же недолго?
Ваня скривился, но делать было уже нечего. Хотел с супругой наедине поговорить, а может и поругаться, а в итоге остается она с этим старым козлом, и Бог весть на какое время, не вернешься же с пустыми руками. Повернулся Иван и побрел в сторону леса. Уже дойдя до деревьев, заметил, что Аня с Петром Дмитричем пошли в противоположную сторону, да ещё и за руки держась, по грибы, видимо…

От злости шёл быстро, думая обернуться минут за сорок. С тропинки на тропинку, напрямик к зарослям, которые хорошо запомнил. Быстро дошел, конечно, не за полчаса, как планировал, но быстро. День близился к вечеру. Кусты кололись и царапались, так что пук ветвей дался тремя длинными царапинами, не помог даже видавший виды непромокаемый комок. Ладони жгло от мелких заноз. Ваня сел, перекурил, убрал топорик в чехол и заткнул его за пояс, а потом отправился в обратную сторону. Сквозь чащу и довольно крутой пригорок идти не хотелось, так что он пошел по изрядно поросшей тропинке, что, извиваясь, сворачивала в сторону бивуака. Спустя два часа Иван понял, что заблудился. Попытался было вернуться по тропинке назад к можжевеловым зарослям, но окончательно потерял направление.

Когда солнце коснулось верхушек сосен, давно не хоженая заросшая тропинка вывела его к поляне, на окраине которой возвышалась странная постройка. На трех деревянных столбах с облетевшей или снятой корой на высоте метров примерно четырех стоял сруб. Столбы не были вкопаны в землю, неведомые строители просто подрубили три рядом стоящих сосны да корни подкопали, чтобы дерево не гнило. Теперь эти корни торчали из земли как когти доисторического зверя. Вокруг постройки когда-то, видимо, был забор, но он давно упал. Иван слышал о таких запасниках, правда, не знал, что около них строят заборы.  Охотники специально делали склады на высоте, чтобы отложенные запасы, а также драгоценный мех не были потрачены мышами или кем-нибудь покрупнее – рысью, а то и медведем. «Кстати, тут и заночую, - подумал Ваня, - чтобы меня тоже не «потратили». Что-то хрустнуло под ногой, когда он пересек границу обваленного тына. Если бы Иван глянул под ноги, возможно, идти дальше и поостерегся бы. Под его ногой раскололся маленький заячий череп, чуть дальше в траве белело еще с десяток таких же и бОльших.

Ваня подошел вплотную к домику, хотя какой там домик, сарай скорее. Подумал, как бы наверх забраться и где вход? Правда, ответы на эти вопросы быстро нашлись. Походив кругом, он увидел дверь и что-то наподобие крыльца под ней, а заодно и запнулся о лесенку, которая валялась в кустарнике прямо под крыльцом. Ваня приставил ее к стене и потрогал ногой ступени. Лестница была старая, но разваливаться вроде не собиралась.  Пока он осторожно поднимался по ней, обнаружил еще кое-что странное - лесенка была почти произведением искусства и  для ее изготовления не использовали гвоздей. То есть совсем. Каждая ступенька была аккуратно врезана в фигурный паз. «Вот же люди заморочились!» - восхищенно поцокал он языком.

Забравшись наверх Иван осмотрелся, а затем толкнул дверь и отшатнулся … За порогом лежала старуха. В сером бесформенном платье или сарафане (он в таких вещах не очень понимал), на голове обод, ноги в лаптях. Ваня чуть не шагнул назад, потом вспомнил, сколько под ним ступенек, и шагать передумал. А старуха тем временем закряхтела и начала приподниматься на локтях. <продолжение следует>
Метки:
promo al_kap september 22, 2015 13:15 89
Buy for 20 tokens
В заросшем парке Стоит старинный дом: Забиты окна, И мрак царит извечно в нём. © Король и Шут Маруся Маруся суетилась на кухне, когда из комнаты послышались звучные хлопки (видимо, ладонью пониже спины). Она потерпела минутку, а потом бросила недомытую кастрюлю и побежала спасать…
Эх, жаль, у автора времени мало, такой сюжет на целый роман тянет!
Стопудово.
А вот мужикам в бане зад показывать... :-) Как-то вроде не по укладу, при таком-то строе не должны вроде мужики вместе париться, ну если только родня... :-)


Edited at 2014-11-30 19:04 (UTC)
Ну, мы-то с вами знаем :-)
Вы - как автор, а я - как раз сейчас "Сибирскую жуть" читаю... Бушков с Бурковским - жгут!
Я хотел сказать, что понятие "мужики в бане", сейчас не то, что сто с лишним лет назад... :-)
Может как-то по-другому предложение построить, чтоб все адекватно восприняли, а?
Чтоб предки не обиделись. :-)
1. Дык, еще со времен Лилит известно, что женщины на все под другим углом смотрят :-)
Ну, просто под другим, и все... :-) А несоответствия я и не искал вовсе, просто подумал: у нас и так все корни вырваны, обряды и обычаи извращены, совсем не так о предках подумают... Трудящиеся.
А что супруга разглядела? (если компромат, можно в личку (-:)
2. Ну, я же вот увидел... :-)
ИМХО, если все указывать и подсказывать, весь кайф ломается! Да вы и так сами все знаете... :-)
ЗЫ Шантарск, у Бушкова. Пока автор не написал, что на червонце нарисовано, я, не бывавший там, в жисть не догадался бы, что за город такой... :-)

Edited at 2014-12-02 08:06 (UTC)
Дык, как ХерЪ на Русь положили, капища пожгли, все волхвы за Урал перебрались, они и до сих пор там...
А вот реакция на явление у волхвов - неадекватная... Ну, не могли настоящие ВОЛХВЫ так отреагировать!
Наверняка это какие-то левые волхвы, мож, ссыльные подкалымить решили... :-) Но Ведана их сразу просекла! О как...
Если отнестись к вашему рассказу серьезно :-), то, судя по именам и бытоописанию, жители деревни не потомки староверов, сбежавших от Никона в 1666г, а продолжатели либо коренного сибирского Рода, либо Рода, ушедшего за Урал от креста. В любом случае конфликта быть не должно бы...
Не надо серьезно)) Но все равно интересно, насколько возможно в 19 веке наличие волхвов и отсутствие крещеных в деревне. Хотя домовины, сам видел, даже на наших кладбищах можно увидеть (хоть и упрощенные). Как христиане терпят?))
В районе Подкаменной деревни, в основном, старообрядческие были... Возможно, местами встречались более ранние дохристианские поселения. А носителей древней веры в Сибири полно, даже в Отечественную полк из-за Урала сражался, так у них на полковом знамени Коловрат был. А уж в начале века и подавно...
блииин, у меня уже мурашки по коже бегут(
а я покурить хотела сходить. а идти на веранду. а там темно. за окнами. а дорогой в кровати. придется его поднимать(